Уэс Борланд интервью сайту Music Radar

Когда Уэс Борланд покинул мульти-платиновую по продажам рэп-металл группу Limp Bizkit в 2001 году, он был уверен, что это к лучшему. А когда он ушел вновь в 2005 (через год после воссоединения), он был более чем уверен, что его второй уход станет последним.
Сейчас же, в 2011, 36-летний Борланд снова в строю. В этот раз, однако, он клянется, что он не убежит снова. «Я в Limp Bizkit для того, чтобы остаться,» - говорит он уверенно – «Я принял тот факт, что Limp Bizkit - моя группа, что я - часть группы, которую я создавал с самого начала. Для меня было бы бессмысленно играть чужую музыку в чужих группах таких, как Marilyn Manson или Korn. То, что я нахожусь в Limp Bizkit позволяет мне быть собой».
Так говорит человек, который в любой заданный вечер переодевается во что угодно, начиняя гориллой, заканчивая пришельцем из космоса. «Это тоже часть меня», - говорит он, смеясь. «Если бы я не мог переодеваться разными персонажами, я бы не был настоящим артистом, а группа не была бы тем, чем должна. Здесь все идет рука об руку».
Используя семиструнную downtuned гитару от Ibanez (которую он использует после ухода) и кажется неисчерпаемый набор звуков, который вырывается из его плодовитого воображения, Борланд виртуально определил жанр ню-метала в таких выдающихся хитах как Nookie, Rollin’ и Break Stuff. Он помогал направлять Limp Bizkit (которые также состоят из фронтмена Фреда Дёрста, басиста Сэма Риверса, ударника Джона Отто и DJ Литала) в процессе достижения успеха: релиз 1999го года, Significant Other, был продан в количестве более 16 миллионов копий в мировом масштабе.
«Продавать пластинки – это фантастически», - говорит Борланд. «Но если ты не любишь то, что ты делаешь, и если все кидаются в тебя ножами, то это быстро тебе наскучит. Процесс осознания всех аспектов нахождения в этой группе занял у меня определенное время».
Итак, третий раз очевидно становится удачным для Борланда и Limp Bizkit, которые только что выпустили новый альбом Gold Cobra. Жесткая вещь со вспышками агрессивных рифов, качающих ритмов и удивительным количеством гитарных соло – это одновременно и возвращение к чему-то, что не чувствуется как ностальгия, и огромный шаг, который не будет иметь успеха, навстречу тому, что будет считаться зрелостью. (В паре нарезок Дёрст, широко разрекламированный музыкальными критиками как воплощение хулиганства в любой его форме, демонстрирует невероятный уровень самоанализа, который не стоит путать с обычной самовлюбленностью).

Находясь в туре в Бразилии, Уэс Борланд присел с Music Radar, чтобы поговорить о Gold Cobra, своих гитарах и аппаратуре, и его обновленной оценке Limp Bizkit.
- Гитара кажется более доминирующей на Gold Cobra, чем на предыдущих альбомах Лимп Бизкит. Это было запланировано перед походом в студию, или роль гитары увеличивалась и возрастала в процессе записывания?
- Я никогда не думал об этом в таком духе. Мне кажется я старался привнести больше оригинальности по сравнению с первой пластинкой… много шума и изменения звуков – то, что не хватало на второй и третьей пластинках. На этих пластинках гитара звучит более вычищено. Я не знаю… я сейчас играю так. Я думаю это из-за того, что я много работал с другими людьми и улучшил свое мастерство. Мы никогда не говорили об этом в группе подобным образом: «Хэй, давайте сделаем более доминирующей гитару!». Но если так получилось – фантастика! (смеется)
- Кажется даже, что ты солируешь больше чем обычно. Shotgun. Walking away, Loser, Killer in you – все они отличаются такими проигрышами.
- Это правда. Соло казались более уместными в этих песнях. В прошлом они не казались нужными или важными, но в этом альбоме – по-другому. Как таковой-то у нас не было мыслей о «переменах», мы просто… (смеется). Да, мне вроде как понравилось играть соло. На предыдущих альбомах были места, которое можно назвать «мелодичными проигрышами», но на Gold Cobra играть настоящие соло казалось очень естественным. Как я уже сказал, может я вырос как гитарист, я не знаю (смеется).
- В Loser такое многообразие гитарных звуков – тут и эхо в самом начале, разрывающие струны, похожие на My Bloody Valentine перед припевом, небольшие яркие моменты во всей песни и гармоничные соло. Как ты придумываешь все это для песен как эта?
- Для этой песни Фред записал демо у себя дома. Сначала был только синтезатор, ударные и его вокал, но это звучало очень круто. Я сразу полюбил эту песню, особенно вокал. Всегда приятно, когда ты пишешь гитарные партии к сильному вокалу, а не просто добавляешь мелодию из громких гитарных рифов. Когда ты начинаешь только с музыки, ты всегда думаешь о том каким бы был припев, а каким куплет… а здесь у тебя есть песня и ты можешь построить гитарные партии с гораздо большим чувство. С Loser я мог собрать много эффектов и звуков, и я мог удалять их и возвращать на место. Этим она мне очень напомнила песню My way с шоколадки. По сути, для вступления я использовал те же эффекты и усилители, что и для My way.
- А какие именно?
- Maestro solid-state Echoplex и флэнжер педаль Ibanez, на которой есть настройка «whaked». Я подключил их к 1965 Zodiac Twin 30 – довольно странному старому усилителю с кнопками для EQ. Я использовал этот усилитель для многих чистых звуков на протяжении многих лет. Для самой гитары в этой песне, я уверен, что использовал мою подписанную модель Yamaha поставленную на настройку для записи куплета. На шоколодке, я кажется играл на PRS, настроенной на такую же позицию – они даже звучат похоже, эти две гитары.
- Walking away – довольно пронизывающая песня – не такая, какими славятся Limp Bizkit. Что ты можешь сказать о том, как Фред вырос как вокалист?
- Я думаю, что он становится лучше. У нас безусловно есть элемент тусовок-дефис-хвастовства – это неотъемлемая часть в роке, метале и хип-хопе. У Beasties это было, у Public Еnemy тоже было, хотя у них был и политический подтекст во многом, что они делали… Но эта песня – другая, она немного как отправная точка. Это как положить еще больше яиц в одну корзину наших Jane’s Addiction тенденций. Звучать мудро вот, что происходит когда я играю на Fender Bass VI, который был своего рода провалом для компании в 60х, но который использовался такими людьми как Роберт Смит из The Cure в 80х. он чем-то похож на Fender Jaguar, но у него есть тонкие бассовые струны, которые настраиваются на октаву ниже, чем гитарные. Если настроить струны на стандартный гитарный звук, то получается глубокий, сочный, полный гитарный звук, который просто невероятен.
- Во всех этих новых песнях твоя гитара меняет звучание каждые 15 секунд или около того. Tom Morello однажды признался, что делал специальную звуковую таблицу, чтобы он не сбивался в своих комбинациях – ты делаешь что-то похожее?
- Нет, не совсем. Я знаю все свои педали очень хорошо и я обычно слышу очень хорошо, когда сбиваюсь. Иногда я просто, сваливаю педали одну на друга и мои кабели становятся слишком похожи на спагетти, потому я провожу много времени развязывая все. Хотя, в тоже время у меня хороший слух на то, что я делаю. Однажды сделав звук на записи, для меня не сложно вспомнить потом: «О, я сделал это так!» и я помню как я сделал этот.
- За прошедшее десятилетие ты провел больше времени вне Limp Bizkit, чем с ними. Ты уходил и возвращался дважды. Какие были твои причины ухода? И почему ты все равно возвращался?
- Когда я впервые ушел в 2001, мне было 26 и меня просто достало, что люди насмехались над группой. Мне было стыдно, что мои ребята не считались с тем, что я делал. Мы были на столько успешным на вершине нашего успеха, что становились целью для всеобщей ненависти. Я не знал как с этим справиться. В тоже время, мы с Фредом не справлялись по одиночке. Мы были с разных сторон того, что мы хотели делать в творчеств. Потому мне показалось правильным уйти. Мне нужно было измениться, быть в другой группе, начать полностью новую жизнь. Я не сожалею об уходе. Я был слишком зол на многие вещи, на то, куда скатилась группа… я по сути показал Limp Bizkit средний палец. Наш менеджер Джордан Шёр начал названивать мне двумя годами позже, постоянно ноя: «Пожалуйста вернись. Пожалуйста поговори с Фредом. Пожалуйста поговори с ребятами». Потребовалось почти два года, чтобы снова свести меня и Фреда в одной комнате. В тот момент показалось, что мы продолжим оттуда, где остановились и постарались записать пластинку без тура. Все это было коммерческим и творческим провалом. Альбом, The Unquestionable Truth, который вышел в 2005 года – не тот альбом, который я поддерживаю. Сейчас мы можем обернуться назад и увидеться, что да, там были крутые моменты, но это не лучшая наша работа. После альбома, я не то, чтобы ушел из группы, скорее мы все рассыпались. Все разошлись и пошли своими дорогами.
- Тогда что же изменилось в 2009 году, когда вы снова соединились?
- А вот, что случилось: Джордан опять начал ныть мне и говорить, что лучше мы сначала поедем в тур, а потом запишем альбом. Я сказал: ни за что. Но потом, я понял, что думаю об этой идее посреди ночи, и тогда я сказал себе: «Ок, я позвоню Фреду, посмотрю, что с ним сейчас». На следующий день я пришел домой к Джордану, чтобы пропустить по стаканчику с Фредом и я не могу вспомнить из-за чего я злился. Все в нем и его позиция показались новыми. Может быть, это просто из-за того, что мы повзрослели, я не знаю. Но я знаю, что сидел там и думал, что я не буду держать за старые воспоминания. Все начинается с чистого листа. Я понял, что мы были другими, но я понял это по-другому. Я принял тот факт, что мы были разными и я не собирался изменить его. Он был также чувствителен ко мне во многих вопросах, по поводу того, что я хорош в вещах, в которых он нет и наоборот. Мы находимся в очень странном пузыре.
- Ты говорил, что в первый раз ты ушел, потому что группа стала посмешищем. Конечно, мы оба понимаем, что ничего не изменилось в этом смысле – критики и сейчас не особо ласковы к Limp Bizkit.
- Да, не особо. Но я принял это. Что интересно – раз все теперь против нас, и мы теперь неудачники, странным образом, мне снова интересно. Теперь быть в группе – вызов, как раньше, мы более не в зените, это как коллекционировать детские печати. Все для нас стало сложнее. По какой-то странной причине, мне от этого интереснее и захватывающее. Мне кажется, что снова что-то создаем. Мое возвращение – сложное и в нем много серых пятен.
- Ты сказал, что на этом альбоме использовал свою подписанную модель Yamaha и Fender Bass VI…
- Да, я еще использовал гитары Jackson и некоторые Telecaster. Фендеры были более старые. Мне очень нравится их звук, особенно когда адаптер поставлен на шейное положение. Они звучат очень шумно.
- Ты использовал семиструнные гитары?
- Нет, я перестал использовать их в 1999 или 2000, или около того. Я сделал так, когда мне потерял интерес в еще одной струне (смеется). После этого я стал играть на шести трунах. Единственное я использую четырех струнную гитару, у которой есть басс А струна, а также A-D-G гитарные струны. Она сделана парнем по имени Джордж Горданински, который создает гитары. Она была улучшена за многие годы, но смысл в том, что в ней две струны с разницей в октаву от той, что по соседству. Это позволяет играть мне однонотные партии, которых я никогда не смог бы достичь на обычной гитаре. Я также могу делать рифы с изменениями в октавах, которые я не мог бы сделать иначе. Это очень крутая гитара.
- Ты упомянул о возвращении к старым эффектам, а у тебя есть стандартный набор педалей или эффектов на этом альбоме?
- Обычно, искажение всегда через усилитель, и для этой пластинки я использовал Orange 200-watt Thunderverb через Orange 4×12 cabinet. Для чистых звуков я использовал Zodiac Twin 30, о котором я говорил раньше, а для задержек - Maestro Echoplex. У меня также есть прибор для задержек, который больше не производят, он называется Malekko. У них есть некоторые очень крутые педали, но их задержки – просто фантастичны!
- Говоря о творчестве, ты получаешь все, что тебе нужно от Limp Bizkit, или все еще вовлечен в другие музыкальные проекты?
- Limp Bizkit - мой основной приоритет, но мой сторонний проект – Black Light Burns – все равно любимый труд. У нас записана пластинка, так что посмотрим когда она выйдет. Когда мы едем в тур, то мы едем в фургоне со мной в качестве водителя. Мы берем с собой звукорежиссёра и вот, и все. Это чистые кости. Также, каждый раз когда у меня бывает возможность, я играю с Комбихрист. В прошлом году я играл с ними 4 концерта. Они очень хорошие мои друзья.
- Как ты развиваешь себя как музыканта?
- Я стараюсь практиковаться ка кможно больше. Я люблю использовать эффекты, но всегда стараюсь поднять планку. Если проводить все время, забавляясь с эффектами, пытаясь понять как они работают, ты не будешь особо изобретательным. Я стараюсь слушать так много новых групп, как могу. Мне интересно много новой музыки, и я всегда стараюсь привнести ее в мою жизнь. Вот почему я люблю играть с разными музыкантами: я всегда хожу в разные места поиграть с другими людьми на гитарах и это позволяет привносить мне что-то новое в Limp Bizkit. Я думаю, что соперничать с самим собой и всегда оставлять ощущение легкого неудобства – лучший способ учиться и расти.